nikolaj_s | Потягиваясь:

Охота с двух вышек.

— Привет, Николай!
— Привет!
— Слушай, у тебя не будет желания поохотится сегодня после работы? Засёк свиней. В субботу сидел на вышке "Высокая". Но они вышли у "Треугольника". Вчера сидел на "Треугольнике" но они вышли у "Высокой". Семь голов. Каждый раз без вариантов. Слишком далеко. Более 300м - 400м. С телевизора не вариант. Между вышками метров 200 - 250. Плюс они ещё в стороне были. Неправильно выбирал места. Так можно разделиться и может хоть кому-то повезёт. А то и один возьмёт свинку и выстрелом погонит остальных к другому.
— Хм. — я на секунду задумался. В пятницу у меня были гости, субботу и воскресенье я провел в клубе на соревнованиях. Было весело, особенно в пятницу, но вечер понедельника планировал провести дома на диване. С другой стороны... Я мысленно махнул рукой. — А давай! Буду в 20:45 на месте! Waidmannsheil!
— До встречи. Waidmannsheil!

И так в девять мы уже сидели на вышках. Я сидел на "Высокой".

Я её не особо люблю. Слишком высокая. Если зверь слишком близко, то раневой канал будет проходить по диагонали и ранение может быть недостаточным, что бы зверь лёг. Ну и закрытая. Но в этот раз хотелось почему-то сидеть именно там.
Через некоторое время я услышал напротив лесу в стороне от "Треугольника" крик неясыти. Признак, что поблизости могут быть свиньи. И тут же, в 21:47 товарищ прислал мне сообщение — «внимание!»
Я положил винтовку так, что можно было бы можно было вскинуть и приложится быстро и бесшумно и стал наблюдать в тепловизор - монокуляр. Впереди недалеко от "Треугольника" из-за деревьев стремительно выскочили три косули. Ну точно - значит за деревьями свиньи. Косули стремительно удаляются, когда видят диких свиней. Я перехватил тепловизор - монокуляр левой рукой. Правой обхватил рукоять винтовки и подвёл приклад к плечу. Но тут слева от меня я услышал шорох. Бросив туда взгляд через тепловизор, я увидел то, что заставило мой пульс ускориться. Белым ярким пятном в тепловизоре горел кабан. Для наших мест - вполне крупный, с характерным горбом. Он был один, как и полагается взрослому вепрю.
Я постарался максимально беззвучно перекинуть винтовку на левую сторону. В это время кабан успел отойти в поле так, что встал аккуратно напротив вышки "Треугольник", на которой сидел мой товарищ. Понятное дело, что в ту сторону стрелять вообще не вариант. Я стал наблюдать за ним в монокуляр, надеясь, что он встанет так, что бы можно было сделать выстрел или подойти под выстрел товарища. Через некоторое время кабан действительно вернулся обратно.
Я аккуратно вскинул винтовку, уперев её цевьём на окно вышки. Но тут, как назло вид мне закрыла ветка и в насадку электронно-оптического преобразователя не было ничего видно. Лучи инфракрасной подсветки отражались от листьев. А если убавить яркость, то и кабана было не видно. Он стоял в тени. Так я наблюдал за ним некоторое время. И вот, роя рылом землю, как бульдозер, он вышел на открытое место. Сначала фронтально ко мне. Я ждал. И вот он повернулся ко мне боком. Двумя пальцами, медленно и беззвучно я выключил предохранитель. Перекрестье оптического прицела смотрела на его лопатку. Дистанция около 50м. Мой палец ложится на спусковой крючок. Выдох и вдох. Странно, но раньше в такой ситуации пульс стучал в голове как барабан. Я слышал каждый удар своего сердца. В этот раз всё тихо, даже жаль. Я жду, когда кабан поднимет голову. Выстрел нужно делать по зверю с высоко поднятой головой! Тогда если он будет ещё бежать, рана не закроется и кровопотеря будет сильнее. Указательный палец ощущает приятный холод спускового крючка. Выстрел!
Неожиданно я слышу выстрел. Его же слышит и мой кабан. Стрелял не я. И от этого неожиданного звука я на пол секунды растерялся. Но этого времени хватило кабану, что бы скрыться за деревьями.

Я ставлю винтовку на предохранитель. Но не убираю её. Надежды на то, что кабан выйдет второй раз, у меня нет. Но вдруг остальные свиньи, которые явно вышли на товарища, побегут в мою сторону. Я жду.
Но больше никого нет. Только два зайца невозмутимо сидят в 30м передо мной.

«Лежит.» — пишет мне товарищ.
«Ваидманнсхайль! Где вышел? Я не вижу от сюда.» — поздравляю и спрашиваю я.
«Ваидманнсданк. На самом краю оврага у деревьев. Было непросто.» — пишет в ответ товарищ.

Он все это время караулил свиней на своей стороне. У него как раз вышла та группа, которых он засёк в прошлые разы. И они были настороже. Выглядывали из-за деревьев. Но долго не решались выйти. Пару раз выходили. Но тут же бежали обратно. Наконец-то решились выйти. Но стояли совсем близко к деревьям и оврагу. То есть стрелять нужно было так, что бы с стопроцентной вероятностью зверь лёг на месте. Искать его в овраге или среди деревьев было бы крайне сомнительным удовольствием. Товарищ, как и большинство моих знакомых охотников, предпочитает старый добрый, хорошо проверенный и отлично себя зарекомендовавший .30-06 Springfield. Король охотничьих патронов! Попадание точно в сердце с 40 м. От сердца вообще ничего не осталось. Немалая часть лёгкого тоже в лоскуты. Одна из лопаток простреляна навылет и основательно раздроблена. Но кабанчик ещё пробежал метра три.

Молодой кабанчик. Около года (точно определять по зубам мы поленились). С головой, шкурой и без внутренних органов вытянул на 35 кг. На мясо такой свин подходит идеально.
Мы в итоге ещё просидели около часа в надежде, что может быть покажется ещё дикие свиньи или хотя бы енот или лиса. Но увы, безуспешно. (Важно охладить тушу до +7°C как можно быстрее, что в это время года, впрочем, не составляет проблему. Ну и выпотрошить нужно тоже быстрее.) Товарищ написал Ягдхерру и тот подъехал на машине с прицепом. Кабанчика мы загрузили в пластиковую ванну, а её поставили в прицеп. И поехали в соседнюю деревушку в паре километрах к знакомому фермеру. Из-за африканской чумы свиней сейчас запрещено потрошить свиней в охотничьих угодьях. Кабанчика в ванной спустили в подвал, и повесил вниз головой на лебёдке. После чего выпотрошили.

При потрошении важно внимательность оценить все внутренние органы на симптомы заболеваний. Ну и сделать внешний осмотр на отклонения. Этому учат в охотничьей школе. Охотник ещё до выстрела должен внимательно оценить состояние зверя и его здоровье.
Входное отверстие со стороны грудной полости -

... и выходное отверстие со стороны грудной полости -

Пуля .30-06 Springfield сработала идеально.
Взяли кровь на анализы в две пробирки на африканскую чуму свиней. Так же были вырезана часть мускулатуры из диафрагмы и передних лап для анализа на трихинеллёз. (В Германии это законодательно предписано.) Пробы будут закинуты по пути домой в почтовый ящик ветеринарной клиники. Пломба от анализов закрепляется на туше. Через день - два должны прийти анализы. После этого тушу можно разбирать.
До этого мясо должно повисеть при температуре +7°C. Что бы прошло трупное окоченение. Гликоген и ph в мускулатуре начинают снижаться, мясо становится нежнее. Что бы мясо не высыхало, как правило оставляют висеть в шкуре. К тому времени приходят анализы и можно уже снять шкуру.
По традиции сердце, печень, почки принадлежат тому, кто выпотрошил дичь. Мясо принадлежит Ягдхерру - владельцу или арендатору охотничьих угодий. Охотник может это мясо у него выкупать, как правило по вполне выгодной цене.

Закончив мы поехали по домам. С одной стороны мне было обидно, что я упустил шанс добыть по местным меркам трофейного вепря. С другой стороны, если бы меня вчера товарищ бы не позвал на охоту, то я бы и не поехал бы вовсе. И даже если бы поехал, то вряд ли бы выбрал именно эту вышку. Ну и рад за товарища, что ему повезло.
Но всё равно жаль. При том было весьма интересно. =)

P.S. Снимки на тепловизор - монокуляр, который сделал товарищ на выходных. Без увеличения -